Цветовая дифференцЫация штанофф в антропологическом разрезе

[alkor_alkor]

Наше обращение к Аристотелю (а вернее к его этике) не случайно, ибо дифференциация штанов — проблема этическая, да и сам Аристотель достаточно мудрый мыслитель. Как бы он поступил на нашем месте? Наверное использовал бы свои наработки в этой области и применил бы то, что он с успехом опробовал в своих этиках [3], а именно, что важнее всего найти справедливость, которая является движущим началом любого человеческого общения. Цветовая дифференциация, понятно, закрепляет и фиксирует существующие социальные связи и поэтому ее постижение и сохранение дело величайшей научной и политической важности (в особенности это было бы важно для Аристотеля с планеты Кин-дза-дза, если таковой имеет место быть). Как основа порядка (а для Аристотеля порядок — это "что-то") система дифференциации должна блюсти справедливость и избегать крайностей, ибо справедливость — это середина между двумя крайностями. Если же "переложить" заявленное на цвета штанов, то получится, что [оранжевые] штаны являются потому таковыми, что равноотстоят от двух крайностей, от штанов [синих] и штанов [лиловых]. Можно, кстати, с помощью Аристотеля определить и топос штанов, т.е. их естественное место, к которому они с необходимостью стремятся. А естественное их место — это ноги и чресла, причем куда эти ноги и чресла направляются, в то же место мигрирует и естественный топос штанов...

Как быть с точки зрения гегелевской диалектики со штанами? Наверное нужно выбрать начало (подобно тому как Гегель выбирает себе бытие) и «раскрутить выбранные штаны диалектически. Допустим штаны С — это начало. Они обладают внутренней противоречивостью, которая гонит их по пути развития к своему иному — штанам О. Штаны О не только свое иное штанов С, они их отрицают и сохраняют их в их истине. Итак, штаны С претерпевают процесс Aufhebung (снятия, т.е. штаны снимают) и переходят в штаны О. Но на этом дело не заканчивается, ибо все идет к высшему единству, олицетворением которого являются тогда штаны Л, содержащие как снятые штаны С, так и снятые в истине штаны О. При этом нужно еще отметить, что поскольку мы имеем здесь диалектический процесс, то мы можем сказать то же, что Гегель говорил по поводу каждой ступени развития абсолютной идеи — она есть абсолютная идея: штаны С есть штаны Л, так же как штаны О есть штаны Л...

Наверное проблематика штанов нашла бы у [Зигмунда Фрейда] свое сочувствие, ибо штаны — это так эротично, [они] прилегают к двум эрогенным зонам: анусу и фаллосу. Чем бы это обращение к проблеме цветовой дифференциации штанов в психоанализе закончилось, не так уж трудно предсказать — все в конечном счете свелось бы к эросу и танатосу, а если бы за дело взялся последователь Фрейда Юнг, то архиштанами, всплывающими на поверхности бессознательного...