alkor_alkor

"...В большинстве своем воздушные взрывы производились в сентябре и, как правило, в 17.00 по местному времени. Над площадкой, где проводились испытания, появлялись три самолёта, один -- носитель с ядерным боеприпасом, два другие -- сопровождение. Сброс изделия мы не видели, но когда самолёты сопровождения расходились в стороны от носителя, мы знали -- сброс произведён.

Мы, испытатели, находились в 10-15 километрах от эпицентра взрыва в выжидательном районе. У большинства были плёнки от осциллографа ОШ-9, через которые мы наблюдали за развитием ядерного взрыва. Описать это трудно -- надо видеть. Даже через плёнку глазам было больно от яркого света. Лицо ощущало тепло от взрыва, по траве было заметно приближение воздушной ударной волны. Потом раздавался сухой треск, не взрыв, а именно треск. А вот сам огненный шар и его развитие кажутся безобидными и даже красивыми, если не знать, что это такое.

Первоначально появлялась ярчайшая точка, которая даже через плёнку слепила глаза, а потом начинал расти огненный шар. Сначала это был полукупол, постепенно превращавшийся в шар, на половине высоты которого как бы разлетается кольцо.

У основания "гриба", под огненным шаром, будто в котле, всё бурлит, клокочет и втягивается, подсасывается к шару. Окрестности заливаются ослепительным светом, даже солнце меркнет, кажется тусклым, а там, где была земля, всё плавится, горит, теряет форму.  Здесь правит бал огонь, раскалённые вихри, царство высочайших температур. Огненный клубок постепенно тускнеет и уходит ввысь. А вот "гриб" растёт на глазах, и у его ножки дым, пыль, мгла и пожарище.

После взрыва колонна по снятию фотоплёнок в сопровождении представителя службы радиационной безопасности выезжала из выжидательного района на поле. Для работы испытателям выдавалась спецодежда: резиновые сапоги, комбинезоны и респираторы типа "лепесток". В зависимости от радиационной обстановки устанавливалось строго определённое время для снятия пленок. Направляясь к своим объектам, мы обозревали "поле боя"..."