![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
alkor_alkorВозвращаясь к дискусссии по моему http://users.livejournal.com/alkor_/394709.html не могу не вспомнить одну историю, бесшумно отгремевшую в своё время в выколотой эпсилон-окрестности некоего Ы. Впрочем, чтобы рассказать эту историю правильно, следует начать издалека.
В Древней Греции жизнь была не сахар. Чтобы поесть мясо, его требовалось сначала цельной тушей принести в жертву богам. Боги по традиции забирали себе жир и кости, мясо же доставалось жрецам и (не всегда!) жертвователю и случайным прохожим. Соответственно, за редким исключением древние греки самого разного достатка трапезовали хлебом с сыром, оливковым маслом и морепродуктами, запивая всё это вином, смешанным с водой.
Чтобы превратить унылый ужин в зажигательный симпосион, требовалось много вкусных блюд и хорошая компания. Хозяева приглашали гостей, гости приводили с собой других гостей, третьи гости заглядывали на огонёк самостоятельно... Вся эта культура общественных попоек привела к возникновению такого явления, как профессиональные гости. Они же сотрапезники, нахлебники или, по-ломанодревнегречески говоря, паразиты.
Правильный паразит умел развлечь хозяина и сотрапезников, и за свою прикольность вкусно ел и пил. Его могли даже выбрать симпосиархом -- и тогда он возглавлял мероприятие, определял тематику тостов и такую важную константу, как пропорцию вина к воде в кубках участников банкета. Своего апофеоза застольный паразитизм достиг в Древнем Риме (см. хотя бы Тримальхионов пир у Петрония).
Второй гранью того же явления стали клакёры -- профессиональные зрители на античных театральных и музыкальных представлениях. Члены клаки рассаживались между нормальными зрителями и должны были вызвать массовые аплодисменты (или массовое же освистывание) за счёт стадного инстинкта. Если паразит "работал" (в кавычках) а еду, то клакёр работал (без каких-либо кавычек) за звонкую монету (или, изредка, за идею).
Реалии античного общества безвозвратно растворились в изменившейся экономической ситуации, но развитие информационных технологий дало им вторую жизнь. Если электронные правительства и сетевые голосования позволяют всяким бельгиям понемногу возрождать идеалы античной прямой демократии, то FIDO и интернеты позволяют людям -- и, прежде всего, людям творческим и/или публичным -- обзавестись свитой из паразитов и клакёров, "работающих" за виртуальную "еду": возможность согреться в лучах славы знаменитости. Кавычки, впрочем, не всегда уместны -- люди из свиты могут писать фанфики и критические статьи, клепать сайты и издавать на коленке газеты с альманахами. От простых поклонников их отличает официальная "высочайшая" утверждённость и придание виртуальной "еде" реального веса.
Впрочем, в виртуальном клакёрстве-паразитизме сокрыта одна опасность, унаследованная от античных времён -- взаимный, двусторонний характер связи между виртуальными "патроном" и "клиентом". И теперь, собственно, будут слайды.
Был (и есть) некий Ы. Писатель -- и неплохой. Детский. Не из сетевой тусовки -- он элементарно старше и выше этих наших интернетов. Не гоняясь за звёздной "свитой", он ей непроизвольно оброс -- и не стал гнать прочь. Потому что зачем обижать хороших людей.
Был некий дурик, поклонник творчества Ы. Назовём его Ł (сначала я хотел назвать его Ў, но Ł тоже сойдёт). Ł жил в городе, допустим, Староуральске на улице Чехова и занимался, допустим, полиграфией. Попутно издавая фанские газеты и альманахи, занимаясь кружковщиной и прочей педагогикой, и участвуя в сетевой псевдожизни.
И вот тут случилась страшное. Ł проявил Не вполне здоровый (но понятный для знающих его людей) интерес к какому-то своему несовершеннолетнему кружковцу. Был пойман на горячем. Родители жертвы решили не давать ход истории и дали Ł возможность откупиться. Всё держалось в секрете, поэтому слухи по тусовке и Староуральску поползли не сразу. Но поползли. Ы приватно назвал бывшего любимца земляным червяком и перестал подавать руку. Публично же решено было скандал не раздувать, поскольку такие истории способны легко замазать уйму ни в чём не повинного народа.
И вот тут, собственно, и появляется злокозненная природа Сети, в которой приватно отвергнутый бывший поклонник имеет возможность снова и снова возвращаться публично и мстить бывшему кумиру. С одной стороны, взрослый мужик (?), заводящий мильён виртуалов, исключительно чтобы потроллить и понапакостить, выглядит жалко и смешно. С другой стороны, ему даже "Брысь!" не рискуют говорить, чтобы не замазаться (и не замазать Ы). С третьей... А с третьей стороны вопрос: можете ли вы представить ту же ситуацию в отсутствие Сети? Как Ł без вреда для себя смог бы донимать Ы и бывших единочаятелей публично, если бы имел возможность только пописывать письма в редакции и издательства?
А вот никак. Та же кудрявая петрушка, что и с пиратским распространением текстов. Добро пожаловать в XXI век.
И, знаете, я заранее боюсь тех инструментов саморегуляции, которые из всего жтого вырастут (уже начали) эволюционным путём. Боюсь -- и не могу представить.
В Древней Греции жизнь была не сахар. Чтобы поесть мясо, его требовалось сначала цельной тушей принести в жертву богам. Боги по традиции забирали себе жир и кости, мясо же доставалось жрецам и (не всегда!) жертвователю и случайным прохожим. Соответственно, за редким исключением древние греки самого разного достатка трапезовали хлебом с сыром, оливковым маслом и морепродуктами, запивая всё это вином, смешанным с водой.
Чтобы превратить унылый ужин в зажигательный симпосион, требовалось много вкусных блюд и хорошая компания. Хозяева приглашали гостей, гости приводили с собой других гостей, третьи гости заглядывали на огонёк самостоятельно... Вся эта культура общественных попоек привела к возникновению такого явления, как профессиональные гости. Они же сотрапезники, нахлебники или, по-ломанодревнегречески говоря, паразиты.
Правильный паразит умел развлечь хозяина и сотрапезников, и за свою прикольность вкусно ел и пил. Его могли даже выбрать симпосиархом -- и тогда он возглавлял мероприятие, определял тематику тостов и такую важную константу, как пропорцию вина к воде в кубках участников банкета. Своего апофеоза застольный паразитизм достиг в Древнем Риме (см. хотя бы Тримальхионов пир у Петрония).
Второй гранью того же явления стали клакёры -- профессиональные зрители на античных театральных и музыкальных представлениях. Члены клаки рассаживались между нормальными зрителями и должны были вызвать массовые аплодисменты (или массовое же освистывание) за счёт стадного инстинкта. Если паразит "работал" (в кавычках) а еду, то клакёр работал (без каких-либо кавычек) за звонкую монету (или, изредка, за идею).
Реалии античного общества безвозвратно растворились в изменившейся экономической ситуации, но развитие информационных технологий дало им вторую жизнь. Если электронные правительства и сетевые голосования позволяют всяким бельгиям понемногу возрождать идеалы античной прямой демократии, то FIDO и интернеты позволяют людям -- и, прежде всего, людям творческим и/или публичным -- обзавестись свитой из паразитов и клакёров, "работающих" за виртуальную "еду": возможность согреться в лучах славы знаменитости. Кавычки, впрочем, не всегда уместны -- люди из свиты могут писать фанфики и критические статьи, клепать сайты и издавать на коленке газеты с альманахами. От простых поклонников их отличает официальная "высочайшая" утверждённость и придание виртуальной "еде" реального веса.
Впрочем, в виртуальном клакёрстве-паразитизме сокрыта одна опасность, унаследованная от античных времён -- взаимный, двусторонний характер связи между виртуальными "патроном" и "клиентом". И теперь, собственно, будут слайды.
Был (и есть) некий Ы. Писатель -- и неплохой. Детский. Не из сетевой тусовки -- он элементарно старше и выше этих наших интернетов. Не гоняясь за звёздной "свитой", он ей непроизвольно оброс -- и не стал гнать прочь. Потому что зачем обижать хороших людей.
Был некий дурик, поклонник творчества Ы. Назовём его Ł (сначала я хотел назвать его Ў, но Ł тоже сойдёт). Ł жил в городе, допустим, Староуральске на улице Чехова и занимался, допустим, полиграфией. Попутно издавая фанские газеты и альманахи, занимаясь кружковщиной и прочей педагогикой, и участвуя в сетевой псевдожизни.
И вот тут случилась страшное. Ł проявил Не вполне здоровый (но понятный для знающих его людей) интерес к какому-то своему несовершеннолетнему кружковцу. Был пойман на горячем. Родители жертвы решили не давать ход истории и дали Ł возможность откупиться. Всё держалось в секрете, поэтому слухи по тусовке и Староуральску поползли не сразу. Но поползли. Ы приватно назвал бывшего любимца земляным червяком и перестал подавать руку. Публично же решено было скандал не раздувать, поскольку такие истории способны легко замазать уйму ни в чём не повинного народа.
И вот тут, собственно, и появляется злокозненная природа Сети, в которой приватно отвергнутый бывший поклонник имеет возможность снова и снова возвращаться публично и мстить бывшему кумиру. С одной стороны, взрослый мужик (?), заводящий мильён виртуалов, исключительно чтобы потроллить и понапакостить, выглядит жалко и смешно. С другой стороны, ему даже "Брысь!" не рискуют говорить, чтобы не замазаться (и не замазать Ы). С третьей... А с третьей стороны вопрос: можете ли вы представить ту же ситуацию в отсутствие Сети? Как Ł без вреда для себя смог бы донимать Ы и бывших единочаятелей публично, если бы имел возможность только пописывать письма в редакции и издательства?
А вот никак. Та же кудрявая петрушка, что и с пиратским распространением текстов. Добро пожаловать в XXI век.
И, знаете, я заранее боюсь тех инструментов саморегуляции, которые из всего жтого вырастут (уже начали) эволюционным путём. Боюсь -- и не могу представить.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2011-07-04 06:56 pm (UTC)Отличный, кстати, писатель.
До сих пор думает, что, если пощадить, это правильно, что даже в плохом человеке что-то хорошее может проклюнуться.
А механизм саморегуляции, увы, в сети просто ярче видно. И, может быть, это даже лучше. Раньше те, кому позволяли уползти живыми, бывших кумиров сдавали в качестве врагов народа, например...
флуд в сети энергию отвлекает, может, чувак и писем в издательства поменьше напишет.
Не только флуд
Date: 2011-07-04 09:49 pm (UTC)no subject
Date: 2011-07-04 07:23 pm (UTC)Сама же история ля меня весьма поучительна, потому как паразитарные задатки у меня, увы, есть.
Не, не хочу намекать...
Date: 2011-07-04 09:45 pm (UTC)Кого я имею в виду под персонажем имени польской буквы -- не суть важно. Я исказил часть его анкетных данных, так что можно его с чистой совестью считать... хммм... фигментом моей имаджинации. Он -- всего лишь пример того, что почти любой современный человек имеет доступ к персональному СМИ с практически неограниченным количеством подписчиков.
Раньше открытые письма можно было или отправлять в газету "Правда" (прочитают все, но никто не пропустит), или в самиздат (кто-то прочитает, но они и так в курсе), или на забор (никто не будет цензурировать, ног никто и не прочитает); сейчас можно написать открытое письмо на заборе, и его там прочитает уйма народа, а потом ещё и газета "Правда" перепечатает.
Общество к этому ещё не готово.
no subject
Date: 2011-07-04 08:54 pm (UTC)Че делается-то.
Шепни хоть как-нибудь о ком все это:)
Не могу. И не вижу смысла
Date: 2011-07-04 09:39 pm (UTC)Во-вторых, а зачем?
Поверь, я не стал счастливее, когда узнал эту историю. И, при всём свом цинизме и всей своей прагматичности, я не вижу способа использовать это знание. Пользы в разглашении нет, вред несомненен. Ну и кому это надо?
Re: Не могу. И не вижу смысла
Date: 2011-07-04 10:12 pm (UTC)no subject
Date: 2011-07-05 08:02 am (UTC)то есть присутствует не только желание написать на заборе, но и прочитать на этом заборе побольше и посмачнее.
естественно, что при таком тропизме неизбежны побочные эффекты в большом количестве.
Не так всё просто
Date: 2011-07-05 08:08 am (UTC)Это как если бы после праздничного ужина пропали серебряные ложечки...
Re: Не так всё просто
Date: 2011-07-07 03:08 pm (UTC)