alkor_alkor

Омельченко просит украсить палатки
(http://kiev2000.com/news/view2.asp?Id=113730)

Палатки оппозиции в Киеве украсят к Новому году - такое условие выдвинули городские власти Киева.

Александр Омельченко сообщил, что сначала будет определено оптимальное количество палаток и палаточных городков. Основное требование, чтобы палаточные городки не мешали киевлянам и не занимали проезжую часть.

"Другое условие со стороны города – чтобы палатки были художественно и празднично украшены. Причем их, как и малые архитектурные формы (киоски, витрины, торговые комплексы и т.п.) будут украшать те районы, на чьих территориях они будут находиться, а также те городские и районные службы, которые, собственно, и занимаются такими вещами", – сказал Омельченко.

Кроме того, по его словам, участники акции смогут воспользоваться "новогодней" сценой на площади Независимости. В то же время, мэр Киева надеется, что к Новому году "народ уже определится, какой должна быть Украина и демократия, поэтому спокойно будет праздновать". В настоящее время в палаточном городке на майдане Незалежности и на улице Крещатик "проживает" около 1,5 тысяч человек.

И небольшая цЫтата:

"Изя даже закряхтел от наслаждения и бережно поцеловал протянутую руку. – Между прочим! – сказал он, поворачиваясь к Андрею и снова к Сельме. – Вы слыхали? Совет районных уполномоченных рассматривает проект решения, – он поднял палец и повысил голос, – «Об упорядочении положения, создавшегося в связи с наличием в городской черте больших скоплений собакоголовых обезьян»... Уф! Предлагается всех обезьян зарегистрировать, снабдить металлическими ошейниками и бляхами с собственными именами, а затем приписать к учреждениям и частным лицам, которые впредь и будут за них ответственны! – Он захихикал, захрюкал и с протяжными тоненькими стонами принялся бить кулаком правой руки в раскрытую ладонь левой. – Грандиозно! Все дела заброшены, на всех заводах срочно изготовляют ошейники и бляхи. Господин мэр лично берет под свою опеку трех половозрелых павианов и призывает население последовать его примеру. Ты возьмешь себе павианиху, Андрей? Сельма будет против, но таково требование Эксперимента! – Может быть, это и трепотня, – сказал он. – Возможно. Но ты, Андрей, как всегда ни черта не понимаешь в психологии руководства. В чем, по-твоему, назначение руководства? – Руководить! – сказал Андрей, принимая вызов. – Руководить, а не трепаться, между прочим, и не болтать. Координировать действия граждан и организаций... – Стоп! Координировать действия – с какой целью? Что является конечной целью этого координирования? Андрей пожал плечами. – Это же элементарно. Всеобщее благо, порядок, создание оптимальных условий для движения вперед... – О! – Изя опять вскинул палец. Рот его приоткрылся, глаза выкатились. – О! – повторил он и снова замолчал. Сельма смотрела на него с восхищением. – Порядок! – провозгласил Изя. – Порядок! – Глаза его выкатились еще больше. – А теперь представь, что во вверенном тебе городе появляются бесчисленные стада павианов. Изгнать их ты не можешь – кишка тонка. Кормить их централизованно ты тоже не можешь – не хватает жратвы, резервов. Павианы попрошайничают на улицах – вопиющий беспорядок: у нас нет и не может быть попрошаек! Павианы гадят, за собой не убирают, и никто за ними убирать не намерен. Какой отсюда напрашивается вывод? – Ну, уж во всяком случае, не ошейники надевать, – сказал Андрей. – Правильно! – сказал Изя с одобрением. – Конечно, не ошейники надевать. Первый же напрашивающийся деловой вывод: скрыть существование павианов. Сделать вид, что их вовсе нету. Но это, к сожалению, тоже невозможно. Их слишком много, а правление у нас пока еще до отвращения демократическое. И вот тут появляется блестящая в своей простоте идея: упорядочить присутствие павианов! Хаос, безобразие узаконить и сделать таким образом элементом стройного порядка, присущего правлению нашего доброго мэра! Вместо нищенствующих и хулиганящих стад и шаек – милые домашние животные. Мы же все любим животных! Королева Виктория любила животных. Дарвин любил животных. Даже Берия, говорят, любил некоторых животных, не говоря уже о Гитлере..."

(с) Стругацкие, "Град обреченных"